СТРОГИНО» Архив сайта » Иван Дудоров Соловецкая школа юнг. Как она создавалась? Часть 2.

Иван Дудоров Соловецкая школа юнг. Как она создавалась? Часть 2.

Из штаба вышли двое: полковой комиссар и капитан 3-го ранга, начальник школы юнг Иванов. (С весны 1942 года начальником школы юнг стал Н.Ю.Авраамов) Старшина скомандовал: «Смирно!» Подошёл к капитану 3-го ранга  и доложил: «Товарищ начальник школы, первая партия юнг прибыла на Соловецкие острова для дальнейшего прохождения службы. Старшина 2-й статьи Дьяконов».

    Начальник школы подошёл к строю и начал говорить:
– Вы пришли сюда, чтобы овладеть военно-морскими специальностями, военно-морской практикой. Корабли флота нуждаются в пополнении. Народный Комиссар Военно-морского флота Николай Герасимович Кузнецов подписал приказ о создании школы юнг. Первого сентября должны начаться занятия. Школа должна подготовить мотористов, корабельных электриков, артиллерийских электриков, рулевых, радистов, боцманов, сигнальщиков. Я должен вас предупредить, что вам придётся трудно. В гарнизоне нет помещений. Нужно расположить полторы тысячи юнг. Вам придётся завтра или послезавтра совершить 12-километровый переход в Савватьево. Там будете строить школу сами. Она должна состоять из 25 землянок, каждая на 50 человек. Чертежи землянок и месторасположение их определены. Командование гарнизона и учебный отряд по возможности будут помогать. Наш гарнизон далеко от линии фронта, но немецкие самолёты летают на Архангельск для бомбёжки важных объектов. И уже бомбили нас. Вот этот корпус авиационной бомбы, которая не разорвалась, мы её обезвредили и корпус поставили рядом со штабом в знак напоминания. Начальник школы прошёлся вдоль строя, остановился и спросил: «Есть какие-нибудь вопросы или жалобы?» Из строя голос: «Говорят, что нам запретят курить». Начальник подошёл к месту, откуда был задан вопрос, и сказал: «Да, флот снял несовершеннолетних с табачного довольствия. Значит, вам запрещается курить. Курящие, поднимите руки». Оглядел строй и говорит: «В строю 300 человек, а руки подняли десятка два-три. Значит, курящие должны отвыкнуть курить». Повернулся к старшине и довольно строго: «Дьяконов, командуйте».
Строй обогнул приземистую башню справа, потом другую башню, по-моему она называется Никольская. Вошли в ворота – там  ниша. Длина ниши метров 5.  Двор небольшой, но это не основной двор, а как предбанник. С правой стороны каменная келья, построенная специально для укрытия поморов в случае какой-либо опасности. Года с 29-30-го эти кельи служили как камеры для всевозможных преступников. А теперь будут служить как матросские кубрики учебного отряда Северного флота. Разместились на сплошных нарах. После короткого отдыха следующее построение, и строй юнг через вторые ворота вошёл в основной двор монастыря. Юнги увидели могущественные сооружения церквей, соборов, колоколен изнутри монастыря. Строй остановился напротив Успенского собора. В глубь собора вела лестница ступенек десяти. Последовала команда: «Заходите в помещение. Бегом по трапу». Очевидно, традиция флота – называть любую лестницу трапом. Вошли в помещение, помещение большое, и слева и справа столы, столы – это помещение монастырской трапезной. Посредине трапезной столб диаметром больше метра.  От столба идут своды влево, вправо, вперёд, назад. Этот столб трапезной держит громадину – Успенский собор. Удивительное архитектурно-инженерное решение монашеской братии. Команда: «За столы. Садиться по 10 человек». Обед был – борщ из солонины, каша из овсяной крупы и традиционный флотский компот из сухофруктов. Через какое-то время команда: «Встать! – Отставить! По команде «встать» – должны вставать все сразу». Снова: «Встать. – Отставить!» И в третий раз: «Встать! Выходи строиться». Так начиналось воспитание и привыкание к воинской дисциплине и к воинским порядкам.
Нам предоставилась возможность походить во дворе монастыря, посмотреть сооружения: Успенский собор, Троицкий, Никольская церковь, надвратная Благовещенская церковь, колокольня. Все храмы и постройки соединены каменной галереей. Соловецкий монастырь сложился единым ансамблем со своей архитектурной особенностью и стал самым могущественным и влиятельным на всей Руси. Сейчас строения обветшали, повсюду подтёки и отслоение штукатурки. Церкви без крестов, колокольни без колоколов. Но значимость и известность Соловков не убывала, поскольку с конца 20-х и до конца 30-х годов Соловки слыли как СЛОН – Соловецкий лагерь особого назначения.
Вскоре первая партия юнг пошла в Савватьево. Расстояние от кремля до Секир-горы 12 км, а там и Савватьево недалеко. Дорога непроезжена и непротоптана. Скорее смахивает на просеку. На дороге много выемок, колдобин. Очевидно, в своё время расчищали дорогу от валунов. Гранитные валуны разбросаны по всему острову и маленькие, и большие, принесённые в ледниковый период.  Ближе к морю березняк. Стволы берёз  изогнуты и скручены холодными ветрами. Дальше от моря вглубь леса берёзы стройные и высокие. В основном в лесу ель и сосна. Стволы не толстые, но высокие – настоящий мачтовый лес. Встречаются небольшие полянки с полевыми цветами. Направо, налево и вдалеке – озёра, озёра. Озёра везде. На большом Соловецком острове более 500 озёр. Большие и маленькие, продолговатые и круглые. Каждое озеро по-своему красиво, отражает полную гамму цветов  заходящего и восходящего солнца. Тихо. И даже эти непутёвые ребята идут молча, созерцая красоту земли русской, которая  в 150 км от полярного круга. Здесь существовал каторжный централ духовенства и тюрьма последующей власти. Здесь работал известный художник Михаил Васильевич Нестеров, зачарованный красотой этих мест, он написал полотна «Молчание» и «Мечтатели».
Подошли к Секир-горе и остановились на привал. Высота горы больше 95 метров. На вершине церковь Вознесения и маяк высотой 123 метра. От Секир-горы через лиственный лес прошли в Савватьево. Это большая поляна, где с одной стороны стоит добротный каменный дом. С другой стороны деревянный двухэтажный дом. По летописи Савватий и Герман в ХVстолетии на этом месте установили  крест и поставили хижину. Этим и положили начало постоянного места жительства на Соловецком острове.  Каменный дом это скит, который построили монахи-отшельники. Так называли монахов, которые уходили от своей монастырской братии. Вход в скит по центру дома  по ступенькам каменной лестницы. С задней стороны этого дома стена глухая. Там уже стоят торцом к стене обеденные столы. Столы сколочены из досок со скамейками человек на 12.  С  задней стороны  деревянного дома сделана пристройка. Называется камбузом со всеми  печами, котлами и всякими причиндалами для кухни. Старший кок московский. Он и живёт сейчас в Москве. В 70-х годах он приходил на встречу с юнгами в парк культуры и отдыха им. Горького. Вспоминали, как он замахивался половником на юнгу, который неправильно очистил картошку. На следующий день распределили юнг по работам. Появился мужчина лет под 50. Звали его Фёдор. Ему выделили 10 человек. А Фёдор говорит, дайте ещё двоих на спецзадание. Некоторые юнг пошли собирать сухие водоросли у берегов моря. Первые наши подушки набивались сухими водорослями. Человек десять, где и мне пришлось быть, послали убирать помещение бывшего скита. Кельи просторные и светлые, но после монахов-отшельников здесь находились осуждённые, возможно,  были  перепланировки. С левой стороны помещения пол немного приподнят, очевидно, это было молельное место. Никаких лабиринтов закрытых и забитых помещений не было. Всё прошли мокрыми тряпками и швабрами. Большой мокрой уборкой, как принято говорить на флоте, – авралом – руководил старшина. Говорят, что он и при осуждённых здесь работал. Весь уборочный инструмент отнесли в подполье. Дверь в него с улицы с  левой стороны от лестницы. В подполье опускаешься по нескольким ступенькам. Внизу уборочный инвентарь поставили справа, а с левой стороны была деревянная дверь, может быть дубовая, тяжёлая, потемневшая. Мы открыли эту дверь и увидели с правой стороны стоят две тумбы, одна за другой, как два пенька деревянных диаметром сантиметров  40-50. Из-под потолка слева падал дневной небольшой свет. Это карцер на двоих. Я сел на одну тумбу. Но сидеть можно было только сгорбившись, поскольку над головой проходил свод потолка. Ноги, не помню, доставали пол или нет, но на полу была какая-то мокрая жижа.
ЛёняГорбунов и Боря Каплан рассказали о выполнении спецзадания. Фёдор отсчитал 50 метров от ручья, который проходил недалеко от скита к деревянному дому. Он сделал разметку и сказал: нужно выкопать траншею, которая может служить как окоп, если неприятель будет наступать со стороны леса, или как убежище в случае налёта вражеской авиации. Вот четыре лопаты. Двое должны копать отсюда и отсюда, должны встретиться спинами. Передать лопаты следующим четверым. И так, четверо копают, четверо отдыхают. Траншея должна быть длиной 3 метра, шириной метр двадцать, глубина полтора метра. Землю отбрасывать в сторону леса, чтобы создавался бруствер. Остальных четверых увёл с собой для изготовления распорок. Траншея выкапывалась  споро. К счастью, не попадались большие валуны. Четверо юнг с Фёдором начали приносить брёвна – подлиннее, покороче. Принесли четыре доски, с полукруглыми вырезами.  Когда всё собрали, на траншее оказались шесть  круглых отверстий диаметром сантиметров 30. Фёдор сказал: молодцы. С спецзаданием справились. Теперь это место будет называться гальюном. Запомните, что туалет на корабле называется гальюном.  Любую стройку нужно начинать с построения дороги и уборной, т.е. гальюна. Построил юнг и объявил им благодарность и сказал: запишите в свою первую тетрадку, что получили благодарность за образцовое выполнение спецзадания август  1942 года. Фёдор обладал традиционным флотским юмором. Похоже, послужил в Военно-морском флоте в своё время.
Первые прибывшие  в Савватьево юнги расположились в помещении скита и в двухэтажном деревянном здании.  Спали на двухярусных нарах бок о бок. Над головой была прибита доска от стенки до стенки, куда можно было положить какие-то личные вещи. В процессе поступления юнг в Савватьево были сформированы роты по специальностям. Структурно школа состояла из двух батальонов. Первый батальон – рота радистов, рота рулевых и рота боцманов. Второй батальон – рота артиллерийских электриков, корабельных электриков и мотористы. Командир второго батальона был старший лейтенант Шишов. Он фронтовик, ходил с орденом Красной звезды. Четвёртая рота, рота артиллерийских электриков, была оставлена в кремле.  Роты в Савватьево должны построить по пять землянок. Рота состояла из 250 человек. По штатному расписанию в роте было 10 смен. В каждой смене двадцать пять юнг. Сменой командовал младший командир, то есть старшина  2-й и 1-й статьи. Командир нашей 6-й роты корабельных электриков был старший лейтенант Волков. За год до окончания высшего Военно-морского училища Волков был послан на фронт. После ранения был направлен в школу юнг. Политруком роты был младший политрук Угримов. Месторасположение землянок 6-й роты было у самого берега озера. Озеро большое, называлось,  кажется  Красным. Распорядок дня был один: подъём, небольшая физзарядка, завтрак и строем к месту расположения землянок. Командиры смен знали расположение своих землянок. Произвели разметку, и юнги начали вгрызаться в грунт. Лопат было достаточно, а вот топоров не хватало. Топором надо было разрубать корни кустарников и деревьев.  Размер котлована должен быть шириной пять метров, длиной  двенадцать. В грунт нужно было углубиться не менее метра.  Высота потолка в землянке предполагалась два с половиной метра. Грунт тяжёлый, почвы мало. На чём только держатся эти, довольно высокие, хвойные деревья? Землянку должны строить две смены, то есть 50 человек, но при разводе юнг посылали на строительство столовой с камбузом и банно-прачечного комбината. Смены постоянно дежурили на действующем  камбузе. Грунт отбрасывали в сторону, потом им засыпали верхнюю часть землянки. Но вот сюрприз: из земли будто бы показалась спина кабана – гранитный валун, длиной, очевидно, больше метра. Окопали кругом, а что делать? Подошёл инженер-капитан Камышко. Обычно он давал толковые советы. А сейчас посмотрел, развернулся, и ничего не сказав,  ушёл. А вот вездесущий Фёдор посмотрел на всех и говорит:  кто выполнял спецзадание, вот тут и копайте». И очертил, где нужно копать. Сказал: «Копайте яму до метра, а потом туда и столкнёте». Яму выкопали, но рабочий день уже кончился. Сейчас пойдём на ужин. После ужина не работали. На следующий день подкопали глубже под валуном. Ну и как сталкивать? Кто-то крикнул: «Архимед сказал: дайте мне точку опоры, и я переверну земной шар». Правильно, надо работать по закону Архимеда. Подкопали под валуном с другой стороны, подложили бревно, то есть точку опоры. Но вот ваги подходящей нет. Срубили дерево толщиной сантиметров 20. Отпилили рычаг метра четыре. Подсунули рычаг под валун, и все, кто мог, начали виснуть на нём  – толку нет. Начали раскачивать – появилась щель. Это уже результат. В щель затолкали клинья. И так постепенно валун начал приподниматься. И вдруг пополз, но не упал в яму, а встал как-то на попа. Попытались надавить рычагом, но валун стоит как вкопанный. Один из командиров смен сказал: «Слушай мою команду! Всем взяться за это бревно и с размаху резко ударить». И на этот раз валун не поддался. Старшина говорит: «Я буду командовать. На распев «Два-а-а» вы готовитесь, и по команде «Раз» делаете выпад ногой вперёд и резко ударяете бревном по валуну».
– Два-а-а. Раз!

Опубликовано 13 Сен 2011 в 21:23. В рубриках: воспоминания. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Вы можете оставить отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.

 
Яндекс.Метрика