СТРОГИНО» Архив сайта » Зинаида Королёва ” НА КРЫЛЬЯХ ПОБЕДЫ”

Зинаида Королёва ” НА КРЫЛЬЯХ ПОБЕДЫ”

  

Орлов Я.Н.

Орлов Яков Никифорович 25.11.1917 – 08.06.09 г.г.

В селе Нестеровка Карасукского района Алтайского края в семье батраков Орловых 25 ноября 1917 года родился сын Яков. Ему не исполнилось и года, когда отец заболел чахоткой и умер. Мать вышла замуж во второй раз. В семье было девять человек. Жили трудно, вдоволь хлеба не ели, но отчим, знатный конюх колхоза, воспитал всех детей. Яков запомнил на всю жизнь тот мешок сухарей, который дала ему мать в дорогу, когда он отправился на заработки в Омск. Год проработал матросом на Иртыше, каменщиком в Караганде. Но очень уж хотелось Якову учиться, ведь за его плечами было только семь классов. И он поступает в горнопромышленный техникум, практику проходит в шахте и после окончания учёбы остаётся работать здесь слесарем.

В эти годы звучал призыв: «Все на самолёты!» И Яков тоже мечтал стать лётчиком и с завистью смотрел в небо. Он ещё в деревне любил упасть в траву и смотреть долго-долго на проплывающие снежные облака в форме замысловатых фигур.

Впервые он увидел самолёт на картинке в доме солдата, вернувшегося с гражданской войны. Якова поразила эта железная птица, в кабине которой сидел человек в больших очках. А когда он узнал, что эта «птица» летает, то потерял покой. Главной мечтой его жизни стала мечта о полёте. И когда появилась возможность записаться в аэроклуб, он с жадностью стал учиться летать. После трёх показательных вылетов инструктор выпустил его в самостоятельный полёт.

В 1940 году Якова призвали в армию. Но он не оставил мечту об авиации, небо взяло его в плен окончательно и бесповоротно. Он подаёт рапорт о поступлении в авиационную школу. Командование части удовлетворило его просьбу и направило в Тамбовскую авиационную школу пилотов, которую он в 1941 году по ускоренной программе окончил с отличием. Яков мечтал попасть на фронт, но командование оставило его инструктором в школе: стране нужны были хорошие лётчики, и обучать их должны смелые, грамотные наставники. В это время началась эвакуация школы. Перегоняли самолёты до Энгельса – заправят, и дальше до Чкалова. За четыре дня перегнали все самолёты. И сразу же интенсивно, с большим усердием продолжили обучение молодых пилотов.

Наконец в 1943 году Орлов попал на фронт. Теперь ему самому пришлось переучиваться на новый тип самолётов ИЛ-2 и ПЕ-2. В июле он попадает в 2-й разведывательный авиационный полк и с этого времени начинается его фронтовая летопись.

Ещё месяц он совершенствовал технику пилотирования на самолёте ПЕ-2, с августа начались боевые полёты как лётчика-разведчика. Разведку вели в районе Ржева: проводили съёмки пути движения отступающих немцев, скопления железнодорожных составов. Фотографировать было очень трудно, так как внизу всё горело, но, несмотря ни на что, задания всегда выполнялись.

С каждым вылетом оттачивалось мастерство пилотирования и разведки Якова Орлова и ему стали поручать выполнение самых сложных и ответственных заданий в полной уверенности, что они будут выполнены. И он оправдывал доверие начальства. Так, обнаружение экипажем двадцати железнодорожных составов на станции Орша, а на аэродроме в Балабасово – 120 вражеских самолётов помогло командованию принять меры к своевременному их уничтожению. За полёты с августа по ноябрь 1943 года Яков Орлов получил первую награду – орден Красного Знамени.

В декабре 1943 года экипажу Орлова было поручено разведать дороги от Витебска на Полоцк, Лепель, Оршу. По метеорологическим условиям вылеты самолётов запрещены, но разведданные были срочно необходимы, и экипаж Орлова вылетел на задание. С высоты в 150-200, а где и 100 метров произвели фотографирование. Во время выполнения задания самолёт Орлова находился под интенсивным зенитным обстрелом противника. От зенитных снарядов удалось увернуться, но тут появились два истребителя «Фокке-Вульф – 190» и стали атаковать их самолёт. Выручила высокая техника пилотирования и слаженность экипажа – атаки немцев были отбиты. Пока отбивались от фашистов, израсходовали почти всё горючее и еле дотянули до своего аэродрома.

Редкий вылет проходил без препятствий, без риска для жизни – ввязываться в бой не разрешалось, и потому так необходимы были смекалка и сообразительность. Яков Никифорович вспоминает:

– Чтобы выполнить задание, приходилось придумывать разные способы и хитрости. Особенно было трудно перелетать линию фронта. Обычно мы летали за облаками, а если над лесом, то, чуть не касались за верхушки деревьев. Передовую иногда перелетали так низко, почти над головами немцев, находившихся в окопах, которые при виде нашего самолёта начинали стрелять из пулемётов и автоматов. И вот, чтобы нас не сбили, мы придумали такую хитрость: штурман стрелял из пулемёта в воздух, так как в солдат ему трудно было попасть, а немцы, видя пулемётные очереди, падали на землю и скатывались в окопы, а мы тем временем перелетали передовую и углублялись в немецкий тыл.

Помню, под Полоцком нам надо было сфотографировать аэродром. Низкая облачность мешала выполнить задание. Пошёл на хитрость: вынырнул из облаков и выпустил шасси. Немцы даже не начали стрелять, подумали, что советский разведчик приземляется. А наш экипаж, воспользовавшись заминкой, сфотографировал местность, убрал шасси и скрылся.

А вот ещё был случай: заданный объект находился за линией фронта. То, что её сложно перелететь – это одно. Другая задача – сфотографировать местность в тылу врага. Набрав высоту и как бы уходя в сторону от важного пункта, самолёт стал оставлять белую (инверсионную) полосу, которая видна только на большой высоте. Приблизившись к объекту, самолёт резко снизился – полоса исчезла, развернулся на 90 градусов, взял курс на объект и сфотографировал его…

Во время разведывательного полёта в конце января 1944 года в районе города Улла (между Витебском и Полоцком) самолёт Орлова был трижды атакован четырьмя «Фокке-Вульфами – 190», но задание выполнили. Экипаж первым в полку доставил разведданные по оборонительным рубежам противника на реке Западная Двина и вокруг города Улла.

В период подготовки наступательных операций командованию полка были необходимы разведданные по оборонительным рубежам противника и экипажем Орлова неоднократно доставлялись ценные сведения о наземных расположениях войск противника в крупных городах и укреплённых районах – Полоцке, Витебске, Двинске, Вильнюсе, Шяуляй, Каунасе, Риге и других. Так, в конце июня 1944 года экипажем Орлова были обнаружены строящиеся оборонительные укрепления противника в городе Борисове и севернее его. За эти ценные сведения командование наградило Якова Никифоровича орденом Отечественной войны 1-й степени.

Только за июль 1944 года экипажем Орлова на оборонительном рубеже Полоцк-Витебск было отснято 2000 квадратных километров территории противника, вскрыты все вражеские оборонительные рубежи, укрепления, группировки войск и техники. На аэродромах Ликены и Двинск Восточный было обнаружено по 20 самолётов, на железнодорожной станции – до 50 железнодорожных составов. Полученные и вовремя доставленные сведения способствовали успешному продвижению наших войск. Заслуги фронтового лётчика-разведчика были отмечены уже вторым орденом Красного Знамени.

И хотя ввязываться в бой не разрешалось, экипажу Орлова всё же неоднократно приходилось вступать в бой с самолётами противника. Так было в конце августа, когда они шли на задание по фотографированию переднего края обороны немцев в Латвии под прикрытием 12 наших истребителей. Машина Якова была атакована 16 немецкими самолётами. От гибели самолёта спасли искусство пилотирования и смелость командира, а также умелое взаимодействие с пилотами прикрытия. В бою было сбито два самолёта противника – экипаж самолёта Орлова израсходовал весь боекомплект. Самолёт вернулся в часть с успешно выполненным заданием.

За бесстрашие, за слаженные действия экипажа и умелое выполнение самых сложных заданий командование полка назначило Якова Орлова командиром звена. И оно не ошиблось в выборе: только за четыре месяца личный состав звена получил 31 благодарность командования за отличную работу.

Экипаж Орлова только в начале сентября восемь раз вылетал на фотографирование переднего края обороны противника на участке Митава – Бауска. При выполнении заданий самолёт встречался огнём немецких зениток, его атаковали четыре истребителя. Но экипаж умело отбивал атаки немцев, уклонялся от снарядов зениток и успешно фотографировал заданные площади. Им удалось вскрыть новый оборонительный рубеж противника, состоящий из противотанковых рвов, дотов, траншей и позиций для артиллерийских и миномётных батарей. Эти ценнейшие сведения помогли наземным войскам успешно провести наступательные операции.

Любое, самое сложное задание было по плечу Орлову, и он был неутомим и бесстрашен в их выполнении. На всю жизнь врезался в память один из опасных полётов 14 сентября 1944 года. Яков Никифорович так рассказывает о нём:

– Вылетели мы в 4 часа утра. Прямо при взлёте нас подкараулили два немецких истребителя. На высоте 800-900 метров они атаковали нас, попали в мотор, и самолёт загорелся. Прыгать с парашютом было нельзя, так как у штурмана уже в кабине была обнаружена неисправность парашюта. Не бросишь же боевого друга. Я быстро развернул горящий самолёт  и сумел посадить его на своём аэродроме, несмотря на то, что один двигатель не работал и горел. А когда сели, то быстро покинули горящий самолёт и скрылись в кустарнике. И это было сделано вовремя, потому что немецкие истребители низко пронеслись над горящим самолётом и прошили его пулемётными очередями. Машину спасти было невозможно. А через два часа мы на другом самолёте вылетели на выполнение задания. Всё сделали, как положено, возвращались домой с лёгким сердцем, с чувством исполненного долга. И вдруг над своим аэродромом увидели воздушный бой, в котором принимали участие все наши самолёты. Немецких самолётов было также предостаточно. Нам ввязываться в бой было нельзя, потому что у нас были ценные разведданные, которые ждало командование, да к тому же горючее было на исходе. Мы уже начали приземляться, уже выпустили шасси, когда у нас на хвосте появился немецкий истребитель и своей пулемётной очередью пробил шасси. Спускаться нельзя и в воздухе не будешь болтаться. Тогда я принял решение садиться на фюзеляж. Жалко машину, но не было другого выхода. Приземлились удачно. Такой выдался день – два раза подбили, а экипаж невредим и задание выполнено.

Да, иногда уже на родном аэродроме, приземлившись после трудного полёта, думаешь: как это удалось остаться живыми? Я считаю, что каждый командир, если он действительно командир, обязан выполнить любой приказ, даже если это грозит ему гибелью. И многие лётчики так и поступали…

Всего за годы войны экипаж Орлова совершил 185 вылетов. За образцовое выполнение боевых заданий и проявленные при этом мужество и героизм, Якову Никифоровичу Орлову 23 февраля 1945 года было присвоено звание Героя Советского Союза. Яков Никифорович считает, что такой успех был возможен только благодаря дружному и слаженно работавшему экипажу.

– Вместе со мной всю войну пролетали штурман Фёдор Лежнюк и стрелок-радист Иван Круподёров. У нас были одни мысли, одни взгляды, мы делили на троих хлеб и махорку, победы и поражения. А самое главное: мы знали, за что воюем, и даже в самые трудные времена верили в победу, и эта вера шла с нами через всю войну.

9 мая 1945 года Яков Никифорович записал в своей лётной книжке: «Конец войне – День Победы! Конец немецкой агрессии. Больше отныне и навсегда немецкие зенитки не стреляют по мне и «фоккеры» не гоняются. Да здравствует Победа!»

2 июня 1945 года Яков Никифорович Орлов принимал участие в историческом параде Победы в Москве. За свою долгую жизнь он ещё дважды шествовал по Красной площади в торжественном марше: на параде в честь 55 летия и 60 летия Великой Победы.

За свой ратный подвиг Орлов награждён орденом Ленина, двумя орденами Красного Знамени, двумя орденами Отечественной войны 1-й степени, орденом Красной Звезды, медалями.

После окончания войны ещё 12 лет Яков Никифорович служил в авиации, летал на самых современных машинах. Летал сам и учил летать молодёжь. После увольнения своим местом жительства выбрал Тамбов – город, где он «встал на крыло». В 1959 году пришел на завод «Электроприбор» и проработал три десятка лет инженером механического отдела. Я. Н. Орлов не оставался в стороне от общественной жизни: при его непосредственном участии был создан совет ветеранов завода, который он возглавлял многие годы. А в 1970 году в Тамбове на Октябрьской площади открылся мемориал воинам-тамбовчанам, погибшим в годы Великой Отечественной войне, и именно Я. Н. Орлов в составе делегации был удостоен чести доставить из Москвы от памятника Неизвестному солдату в Александровском саду

Вечный огонь в Тамбов.

Вспоминая военные годы. Яков Никифорович говорит:

– Не могу забыть своего верного «железного» друга – самолёт ПЕ-2. Американские самолёты готовились на продажу, они были красивее советских. А россиянам было не до дизайна, перед нами стояла одна задача – выпустить военной техники в большем количестве и с лучшими боевыми качествами. Поэтому наш самолёт дымит, пыхтит, а тянет. А моторы на самолётах не работают, а поют.  Я люблю песни, всегда слушал их с наслаждением и потому и моторы налаживал на певучий манер.

 Со своей женой Зинаидой Михайловной Яков Никифорович познакомился на фронте. Она так рассказывает об этом:

– В октябре 1943 года я дежурила на аэродроме. Вижу, приземлился самолёт. Я подошла, спросила: «Всё в порядке, ребята?» Ушла в свою машину и тут один из пилотов, высокий, статный, подходит следом. Представился Виктором. Вечером после кино пошёл провожать вместе с  моим командиром медицинской службы. А утром, когда я пришла на службу, он смотрит на меня и смеётся: «Теперь я знаю, кто тебя пленил. Яков – смелый, боевой парень, и если ты ему понравилась, то он добьётся ответной симпатии». «Какой Яков? – удивилась я. – Он представился Виктором». «Всё правильно. Виктор – от слова Виктория, что означает – победа. Я и говорю, что из его плена тебе теперь не вырваться». И командир оказался прав: с того дня мы с Яковом не расставались. Мои переживания во сто крат увеличились – до этого я вместе со всем обслуживающим персоналом переживала за всех своих лётчиков: уйдут на задание, а мы смотрим в небо, ждём, гадаем, все ли вернуться? А тут свой, близкий человек, который с каждым днём всё роднее становился.

Был такой случай: когда у Якова подбили самолёт, то командир эскадрильи отдал ему свой, он у него не с номером, а со звёздочкой был. Вот я эту «звёздочку» и высматривала среди всех. А тут среди приземлившихся не вижу «звёздочки». Я бегом к самолётам, к стоящим там лётчикам: «Ребята, где Яшина “звёздочка”? Что с ним?» А ребята улыбаются: «Успокойся, не переживай так, живой он. Да вот он идёт».

А Яков подошёл, обнял меня за плечи, грустно так произнёс: «Нет моей “звёздочки”, сгорела». И тихо, только для меня говорит: «То их было две у меня, а теперь ты одна будешь светить». – Зинаида Михайловна тяжело вздыхает, вытирает бежавшие по щекам слёзы, затем продолжает:

– Если бы вы знали, как тяжело вспоминать. Я родом из-под Витебска. До войны работала фельдшером в Минской области. 22 июня собралась в гости к парню, нарядилась в белое платье. И тут услышала выступление Молотова. В доме сидеть не могла, хотелось быть среди людей. Вышла на улицу, в парке встретила знакомого парня, присели на скамейку – поговорить, проститься. Мы понимали, что завтра оба отправимся на фронт. А он был почти рядом : небо над нами вдруг почернело – это немецкие самолёты сплошной чёрной тучей шли на восток.

23 июня я уже была в части под Минском на аэродроме Мачулище. А 24-го город бомбили. Небо опять стало чёрным от немецких самолётов. А наших ни одного не видно.. Так больно было на это смотреть. Мы направились к Могилёву. Все дороги были запружены беженцами и отступающими частями армии. А немцы летали над колоннами так низко, что даже их лица с торжествующей ухмылкой было видно. Они расстреливали людей в колоннах, гонялись даже за одиночками, пытавшимися скрыться от этого ада. Все дороги были усеяны трупами. Тот, кто пережил этот кошмар, никогда его не забудет. А как забыть ребят-лётчиков, погибших в первые два года войны? Их было столько, что и не сосчитать: прибывал полк – одну, две недели воевали и уходили на переформирование, так как оставалась треть, а иногда и буквально единицы самолётов, и личного состава. А мы, ждущие на земле, каждого из них оплакивали…

– Да, так оно и было, – вступил в разговор Яков Никифорович. – мы, находясь в небе, твёрдо знали, что на земле нас ждут, верят в нас. – Потому так и дрались, так защищали наших близких, нашу Родину.

В 2005 году Я. Н. Орлову присвоено звание «Почётный гражданин города Тамбова.

Жизнь бежит, не останавливаясь ни на минуту. Но она имеет привычку в определённый момент обрываться. Так 17 сентября 2008 года не стало Зинаиды Михайловны, верной спутницы Якова Никифоровича. И только на девять месяцев он  пережил жену –  8 июня 2009 года его беспокойное сердце перестало биться.

Опубликовано 16 Май 2012 в 09:01. В рубриках: Очерки. Вы можете следить за ответами к этой записи через RSS 2.0. Вы можете оставить отзыв или трекбек со своего сайта.

Ваш отзыв

Вы должны войти, чтобы оставлять комментарии.

 
Яндекс.Метрика